графика цифровая (принты), 40x60 см

О работе

Античность присутствует в нас как некая изначальная нота, как тот самый камертон, по которому до сих пор настраивается человеческая душа, когда она хочет заговорить о самом главном — о красоте, о гармонии, о мере, о судьбе.
Алексей Федорович Лосев, великий русский философ, в своей работе «Двенадцать тезисов об античной культуре" утверждает, что античная культура основана на принципе объективизма. Но это объективизм особого рода. Это не холодная безличность науки Нового времени и не отстраненность восточной мудрости. Это чувственно-материальный космологизм — переживание мира как огромного, видимого, осязаемого, слышимого тела.
Для античного человека абсолют существует. Но где он? Не в потустороннем мире идей, не в божественной личности, парящей над творением, а здесь — в звёздном небе, которое он видит каждую ночь, в солнце, которое согревает его кожу, в море, которое он пересекает на своем корабле.  Это означает нечто фундаментальное: античность не знает разрыва между материальным и идеальным. Идея не парит над вещью — она живет в ней, она и есть её закон, её форма, её душа.
"Идея ведь невещественна, — поясняет Лосев. — Но она невещественна формально, а по содержанию своему она — полное отражение вещи".
Отсюда рождается следующее, быть может, самое важное свойство античного мироощущения: мир одушевлен. Если вещь движется, значит, она живая. Античный человек не нуждался в бесконечном поиске первопричин — самодвижение существовало изначально. Космос — это огромное, разумное, живое существо, и каждый его фрагмент дышит той же жизнью, что и целое.
Античность оставила нам способ видеть мир. Видеть его как целое, как живое, как прекрасное. Видеть человека не царем природы, а её органической частью, её мерой, её выражением. Видеть красоту не в отрыве от истины и добра, а в их неразрывном единстве.
Она оставила нам способ мыслить. Мыслить диалектически, в споре и диалоге. Мыслить системно, стремясь к постижению целого.
Она оставила нам способ жить. Жить с сознанием собственной конечности, но не впадая в отчаяние. Жить перед лицом судьбы, но не отказываясь от свободы. Жить в обществе, но не теряя себя. Жить, стремясь к совершенству, но зная меру своих возможностей.
"Античная культура, — писал Лосев, — есть абсолютизм фаталистически-героического космологизма" .
В этой емкой формуле — всё. Космос как абсолют. Фатум как необходимость. Героизм как свобода. И над всем этим — красота, последнее слово, которое греки произносили, когда хотели сказать о самом сокровенном.